Viva Sevilla! (3)

Просмотров: 838

Либерис

(Часть 1)  (Часть 2)  Часть 3




Я уже больше года пытаюсь записать эту историю - но никак не выходит! Потому что наши приключения в Севилье достойны куда более талантливого рассказчика, чем я. Но все-таки попытаюсь добить - сколько ж можно ховаться под подглазьем!:)

Напоминаю, дело было в наш второй, совершенно безумый день в Севилье. Стояла тридцатиградусная жара, а мы как оголтелые носились по городу, выполняя нашу культурную программу и закупаясь необходимейшими вещами, такими как туфли и юбки для фламенко.

После Дома Пилата, о котором я уже рассказывала, мы ринулись через весь город смотреть кафедральный собор.
Ну что вам сказать... Когда севильцы его собрались строить, свою техническую задачу они сформулировали так: "Мы должны возвести такую церковь, чтобы те, кто ее увидят, подумали, что мы сошли с ума".

 



Надо признаться, что это им удалось.

Собор бесконечен, сумрачен, завораживающ и нелогичен, как запутанный сон. Он считается одним из самых больших в мире - третьим, что ли? И, как ни странно, воспринимается почти исключительно как светское здание. В отличие, скажем, от Толедского кафедрального собора. Почему так - не знаю. Может быть - это сугубо мое восприятие. Но мне показалось, что это в первую очередь памятник во славу города - его богатству, его величию, его истории, его людям. О том, что это религиозное здание, как-то забываешь. Кстати, окромя всего прочего в Севильском кафедральном соборе находится гробница Христофора Колумба. А может, и не находится. Потому что, например, кубинцы свято верят, что великий мореплаватель захоронен в Гаване... А еще там есть апельсиновый дворик. Дворик остался от тех давних времен, когда вместо собора была мечеть. Вот такой типично испанский архитектурный изврат - мечети уже йок, а дворик есть. Как улыбка чеширского, то есть севильского кота. Тогда, если уж проводить параллели, Хиральда должна быть хвостом этого гипотетического зверя...

Из собора мы выползли едва живые. Солнце перевалило далеко за полдень, и донна Анна решительно сказала, что ей требуется хоть какой-то тайм-аут от всего этого культурного туризма! Она хочет просто посидеть где-нибудь спокойно, а потом пройтись по магазинам. С моими грандиозными планами это, однако же, категорически не совпадало, а посему мы приняли историческое решение разойтись.

Ну и ладно - фыркнула я. Тряхнула своими (с каждой минутой все тяжелевшими) сумками и опять углубилась в севильские улочки. Одна.

Куда же, спросите вы, устремилась моя эстетически недоудовлетворенная душа и отягощенное сумками тело? Не трудно сказать, как любили говаривать древние ирландцы.

Это ж Севилья. Колыбель фламенко! И, конечно, мне хотелось увидеть музей фламенко Кристины Ойос. Осталось его только найти. Но тут я не учла одну вещь - севильские достопримечательности, за исключением, может быть, Золотой башни, Собора и Алькасара, имеют странное свойство ныкаться. То есть попасть куда-нибудь СРАЗУ - практически невозможно. Улочки узкие, запутанные и ветвятся, как рога королевского оленя. А то и как какая-нибудь нильская дельта о ста протоках. Я проскакивала искомый музей ЧЕТЫРЕ РАЗА, прежде чем, наконец, совершенно изнеможенная, не припала к кассовой стойке в его фойе. А может быть, это такая особо изощренная севильская хитрость. Потому что девочки на кассе, хоть и пожалели меня вслух, тут же не преминули продать мне билеты на вечернее шоу в этом музее. И хотя вообще-то у нас уже были билеты на другое представление в тот же вечер, отбиваться у меня сил не было. Стараясь не думать о том, как я буду обьяснять донне Анне, что у нас на ночь намечается фламенко-марафон, я сбросила свои сумки кассиршам и уже в совершенно невменяемом состоянии поползла смотреть экспозицию. А там - красотища!


Первый зал музея посвящен "введению во фламенко" - на большом экране грациозные юноши и девушки демонстрировали различия между разными видами танца. Я посмотрела севильяну - прониклась. Посмотрела тангос - прониклась. А на солеа вдруг каааааааааак зарррррыдааааааю!!!

Как именно, поинтересуетесь вы, зарыдаю?

А вот так!

Со всей буйной неутешимостью русской души.

Потому что же ж красота неимоверная! А мне уже - никогда... (-хлюп!) Никоим образом... (хлюп-хлюп!!!!!) И ни в каком месте не светит (хлюп-хлюп-хлюп!!!!! (в двенадцатидольном размере )... Станцевать с Антонио Гадесом (хотя бы потому что он уже четыре года как умер).

Вот она, трагедь-то мировая...

Видимо, тут эмоциональный перегруз нашего бурного отдыха решил, наконец, что пора зашкалить. И зашкалил - от души и с размахом.

Ладно. Рыданья-то рыданьями, трагедь трагедью, а музей музеем. Я, может, здесь первый и последний раз, значит, мне нужно посмотреть ВСЕ!!!

С этой мыслью я перешла к соседнему экспонату, рассказывающему о региональных особенностях фламенко. Стою над ним, с интересом изучаю материал, время от времени продолжаю ронять слезы на монитор... Вдруг сзади раздается приятный голос: "Девушка, вы не можете разобраться с программой? Вам помочь?"

Оборачиваюсь. Судя по униформе - передо мной хранитель музея. Судя по табличке на его груди - его зовут Хоакин. И судя по его участливому лицу - это хороший человек. Такому можно довериться. Открыться....

Я посмотрела ему прямо в глаза и честно сказала: "Нет. Мне не помочь. Мне уже ничто никогда не поможет". И, разумеется, начала рыдать в три раза сильнее, потому что в таких ситуациях самое гиблое дело - если кто-то проявит к тебе сочувствие.

Бедный, бедный Хоакин! Сперва глаза его округлились. Потом брови его изломались. А потом он кааааак вцепится в мою руку. И как давай ее трясти со всею своею испанскою страстию. Вот, говорит! Для таких людей, говорит, наш музей и существует, говорит. Которые, говорит, ЧУВСТВУЮТ!!!!!

Затем он кинулся прочь, перемежая восклицания и обещания вернуться.

"Ой, что это было?" - ошеломилась я. Потом с некоторым облегчением шмыгнула носом и двинулась в следующий зал.

Но не тут-то было. Из за колонны, словно заговорщик из темной галереи Вальядолида, возник Хоакин. В одной руке у него была бутылка с минералкой. В другой - пачка салфеток. Толстых-толстых. Оранжевых-оранжевых. Для промакивания слез. Увидя их, я снова зарыдала - наверное, от умиления.

А может быть, потому, что отныне Хоакин взял меня под свою неусыпную опеку. "Что-то ты слишком быстро идешь", - сказал он, заметив, что я уже пересекла половину второго зала. Мой ответ, что я ж вот эти и вот эти клипы на ю-тьюбе видела, ему сильно не понравился. Видимо, слово "ю-тьюб" никак не вписывалось в тот возвышенный и хрупко-духовный образ, которым он меня успел наделить. Поэтому Хоакин, с одной стороны, пропустил это нехорошее слово мимо ушей, а с другой, решил окончательно, что оставлять впечатлительную экстранхеро без его чуткого руководства и бдительного присмотра - нельзя никак.

И началось!

Он таскал меня из зала в зал, махая руками, восклицая, что вот здесь-то уж точно - самое интересное, и тут же несясь дальше. Он цитировал классиков испанской литературы и пытался напевать известные мелодии. А я продолжала рыдать - теперь уже потому что поняла, что запомнить не удастся ничего. Ибо в присутствии бурной испанской харизмы от Хоакина сосредоточиться на чем-либо еще - кроме этой харизмы как таковой - невозможно.

В последнем зале на этом этаже, где на трех стенах проецируют танец, а ты сидишь посреди всего этого и смотришь, Хоакин даже присел со мною рядом, приобнял за плечи и сказал, что я обязательно должна начать танцевать фламенко. Я чуть не сказала: "Так уже ж!" Но вовремя удержалась. Зачем портить хорошему человеку такой трогательный момент?:)

Когда я уже почти окончательно смирилась с присутствием Хоакина, он вдруг исчез так же неожиданно, как появился. Я заметила афишу выставки картин Висенте Эскудеро и хотела на нее пойти, но, оказывается, выставка закончилась неделю назад. Видя мое огорчение, Хоакин неопределенно хмыкнул и внезапно растворился в сумраке какого-то бокового коридора. Надо ли говорить, что я тут же рванула в противоположном направлении?:) Отчасти, правда, потому, что дело начинало клониться к вечеру, а мне еще надо было домчаться до дому и предупредить донну Анну, что у нас намечен не один концерт, а два!

Но не тут-то было! Уже почти на пороге музея меня настиг... правильно, Хоакин. Одной рукой впихнув мне в сумку последний во всем музее каталог выставки Эскудеро, другой рукою Хранитель Музея мягко, но неотвратимо развернул меня на 180 градусов, говоря, что мы еще не прошлись по их подвалам. А там столько всего!!! Например, платье, в котором Эстрейя Моренте будет петь на биеннале...


(Часть 1)  (Часть 2)  Часть 3

Добавить комментарий

Для комментирования авторизуйтесь через свою учетку в популярных сервисах или введите имя и емайл. И, кстати, минимальная длина комментария 10 символов! Один смайлик не прокатит ;)

         


Защитный код
Обновить

Template designed by atict.com